Автор: Анна Александрова
Маалика принимает решение
Пять пропущенных звонков. Ой-ё-ёй, о-ё-ёюшки. Маалика бежит по коридорам бизнес-центра, одной рукой выискивая в сумке ключи от машины, пальцами другой скользя по экрану смартфона. Лене ответила, Вадим Петровичу ответила, задачи в чат руководителей скинула. Всё. Всё? Что-то забыла… А-а-а, пять пропущенных от Сережи же! Набирает его, уже запрыгнув в машину:
– Алё, алё, Серёж, уже бегу, всё, уже вот заворачиваю на Ключевскую, – безбожно врёт Маалика, – скоро буду.
– Хорошо, жду, – слышен из динамиков холодный голос. – И … эмм ... в общем, жду, приезжай.
«Ну вот, обиделся», – сокрушается Маалика и кидает взгляд на часы – 20.15. Охххх. Надо же, чтоб именно сегодня совещание так затянулось. Хотя … всегда так, если честно.
Просто сегодня особенный день – 15 лет совместной жизни. По плану сегодня должен быть ужин, винишко и жаркая ночь. Ужин, похоже, выпадает из списка дел, а вот бутылочка хорошего французского припасена заранее. Что же касается ночи, то тут вся надежда на импровизацию. Маалика улыбнулась. 15 лет вместе, а ведь до сих пор любят друг друга, как в юности. Детей не получилось … ну и ладно. Он у неё есть, и это главное. Им и вдвоем хорошо. Маалика утверждающе кивнула сама себе в зеркало заднего вида.
– Зато мы оба состоявшиеся, гармоничные, реализовавшиеся личности, – продолжает диалог со своим отражением Маалика, но уже вслух. – Оба при деле. Если был бы ребенок, то разве стала бы я замдиректора? Да хренушки! Так что прав был Сережа тогда, когда … Да, прав.
Отражение промолчало.
---
До дома Маалика добралась лишь к 21.20. Наспех припарковала машину рядом с Сережиной и, рискуя поломать шпильки знаменитых лабутенов (а вместе с ними и ноги), прыжками побежала к подъезду.
Дверь их любимой квартиры не заперта. Маалика вошла, скинула туфли, проскочив в кухню-студию, увидела мужа, сгорбившегося над чашкой чая.
– Привет, – неуверенно улыбнулся он.
– Привет, милый, прости … я опять опоздала, но я …
– Маалика … Присядь … Нам надо поговорить, – прервал ее Сережа все так же неуверенно.
Было что-то в его облике необычное, настораживающее и сердцесжимающее. Маалика села напротив, заглянула в стыдливо опущенные глаза, накрыла его руку своею ладонью. Сережа руку убрал.
– Маалика, – сказал он резко, как будто боясь передумать, – Маалика … Нам надо расстаться.
Даже ответить не смогла. Лишь то ли вздох, то ли выдох, да брови вверх. А он продолжил:
– Я все обдумал, взвесил – так будет лучше. Правильнее. Врать не хочу тебе…
– У тебя кто-то есть? – выдохнула Маалика.
Молчит, глаза в стол.
– Кто она?
– Это не имеет значения. Прости. Надо было раньше сказать. Но как-то не получалось. Я всё решил. Окончательно. Вещи я собрал, они в машине. Я ухожу прямо сейчас. По разводу и имуществу переговорим позже.
Он встал, неловко похлопал её по плечу, так же неловко поправил очки, убрал кружку в мойку. Сделала пару шагов в сторону коридора, вернулся и помыл эту чертову кружку. А потом быстро-быстро, словно сбегая, накинул пальто и выскочил из квартиры.
Маалика молчала. Лишь вздрогнула, когда хлопнула дверь. Затем встала и достала из бара ту самую бутылку французского.
Вино в их доме всегда открывал Серёжа. Серёжа….
Маалика разглядывала бутылку и не знала – то ли разбить ее к чертовой матери, то ли попробовать открыть самостоятельно. Ухмыльнулась сама себе: «Жаркая ночь, детка. Импровизируй».
В этот момент она почувствовала, как внутри новым космосом разливается пустота, но эта пустота приятна ей, будто до сих пор нечем было дышать, а тут раз − и высвободили легкие, прочистили от липкой болотной жижи, дали выдохнуть и вдохнуть. Маалика поняла: все к лучшему. Ясно осознала, что все это время обманывала себя, что любовь закончилась еще тогда, в тот день, когда …
И все это время она подсознательно сбегала от него – работа допоздна, совещания, командировки – что угодно, лишь бы не быть дома, не быть с ним. И теперь его в этом доме нет, а она есть. Но что же ей с этим делать?
Маалика достала штопор, ввинтила в мягкую пробку, нажала на рычаги и оп-ля – вино открыто. Не так уж и сложно, оказывается…
----
2 месяца спустя
Жизнь Маалики практически не изменилась – все та же работа, совещания, все так же поздно домой. Совместные походы в театр по пятницам она заменила на киношку дома, светские субботние вылазки к Сережиным друзьям и партнерам – на проваляться с книжкой весь день.
Подруг, как выяснилось, у нее нет. Только жёны Сережиных друзей. Но теперь ей там было не место, да не очень то и хотелось. Поначалу они звонили Маалике: «Да как же так?!», « Да ой-ё-ёй!», «Нашел себе мышь серую … Как вообще можно было на такую позариться?!»
Маалику все это не волновало, разве что любопытно чуток было. Бывшие подруги рассказали, что новая девушка Сергея неприлично молода, и не так чтоб хороша собой – скромная замухрышка, работающая то ли учителкой, то ли библиотекаршей. Где уж он ее нашел – неизвестно.Но теперь он изо всех сил делает из нее светскую львицу, хотя до Маалики ей ой как далеко.
Особо сочувствующие накидали Маалике фоток с последнего общего мероприятия. На них Сережа обнимал за плечи маленькую хрупкую девушку, а та смотрела на него снизу вверх большими испуганными глазами преданной собаки.
Со временем звонки от «подруг» стали все реже и реже, пока не прекратились совсем. Видимо Мышь Серая сумела войти в их стаю и все-таки заменила собой Маалику.
----
Встреча с Мышью была совершенно случайной, неожиданной и совсем не такой, как могла бы представить себе Маалика. Она увидела её в кафе, куда забежала на бизнес-ланч. Увидела и сразу же узнала эти огромные глаза, эту скорбную тощую фигурку.
Мышь сидела в дальнем углу, роняя горькие слезы в чашку капучино. Маленький нос покраснел и распух, она поминутно шмыгала им, смешно при этом закусывая нижнюю губу. Ноги её, упакованные в пресловутые лабутены, были неловко расставлены под столом, было видно, что ей неудобно, и она не знает, куда их пристроить.
Маалика хотела было выйти незаметно, но тут увидела нечто, что сработало болезненным триггером, вернув её мысленно на 10 лет назад. Рядом с остывшим и явно уже невкусным капучино лежал тест на беременность. Не осознавая, что делает, она подошла к столику, протянула руку и подняла тест к глазам: две полоски… Ну кто бы сомневался!
Мышь хлопала огромными глазами, приоткрыв от испуга рот. Маалику она узнала. Видимо и тут помогли сочувствующие подруги, снабдив девочку фотографиями бывшей.
Маалика села напротив, знаком подозвала официанта.
– Кушать хочешь? – спросила она.– Может супчик? Или салатик овощной? Я так понимаю, тебе сейчас нужно сбалансированное питание, а не кофе. И туфли бы сменить не мешало… Каблук такой, что мама не горюй, по себе знаю, как в них невыносимо.
Мышь отрицательно покачала головой:
– Он не хочет … – вяло произнесла она, – Говорит, что если я не сделаю аборт, то уйдет.
– Нда уж … Знакомая песня. Пеленки и вся это возня с ребенком ему не интересны, а у тебя фигура испортится, грудь обвиснет, станешь занудной мамкой, а не женой. Так?
– Так.
– И что решила делать?
Слезы вновь покатились по щекам, зависая на подбородке и срываясь с него в пену злополучного капучино.
– Ты хочешь? – подступилась вновь Маалика.
Мышь молча кивнула.
– Ну тогда вариантов у тебя нет. Просто поверь мне.
----
5 лет спустя
Маалика пришла в кафе первая и сразу сделала заказ на троих: себе и Маше – капучино, Маришке – её любимый молочный коктейль с шоколадом и ягодами.
– Только сделайте на теплом молоке, пожалуйста, – попросила она официанта. – Ребенку … чтоб не простыла.
Официант улыбнулся и кивнул, а Маалика бросила нетерпеливый взгляд в огромное окно кофейни. Вот-вот должна была прийти подруга Машка и её дочь, четырехлетка Мариша – непоседа, невероятная очаровашка и Мааликина крестница.
У Маши сегодня свидание, так что надо посидеть с Маришей. И Маалика уже составила грандиознейший план на вечер: погулять в парке, сходить в кино на новый мульт, а дома припасены новое лего и шикарная книжка с картинками.
– Мааааааааалика! – в кафе ворвалось светлоглазое солнышко, обхватило Маалику ручонками и уткнулось носом-пуговкой в живот.
Пять минут бурного приветствия, и вот уже все трое весело болтают, попивая свои кофе и коктейль. Вдруг Маша поперхнулась, громко закашлялась и распахнув и без того огромные глаза, повела ими, указывая за окно кофейни.
Маалика обернулась и увидела, что по тротуару, спотыкаясь и застревая шпильками лабутенов в швах брусчатки, вышагивает юная дива, а рядом с ней Серёжа.
Маалика улыбнулась и слегка сжала Машину ладошку, вытянула ноги из-под стола, продемонстрировала новые разноцветные кеды:
– Мариш, смотри какие у меня ботинки новые.
– Ооооооо.
– Нравятся?
– Да.
– Хочешь такие же?
– Хочу.
– Обязательно купим. Но только, если ты действительно хочешь … Сама хочешь.
P.S. Уведомления о новых рассказах и еще масса интересностей – в моих социальных сетях. Подпишись обязательно.